ПОЛЯРНЫЕ ЗОРИ

Осенью 81го года к нам приезжает отец и мы с ним вдвоём едем на Кольский полуостров по приглашению его старого друга по Челябинску-40 на охоту и рыбалку. Лена приготовила нам в дорогу пару добытых накануне уток и в вагоне до нашей станции красиво ехали только мы с папой да два проводника. От ст. Плесецкая по нашей практически меридианальной железной дороге едем в сторону Архангельска до ст. Обозерская. Далее влево в направлении Онежской губы Белого моря. Малошуйка, Маленга, Вирма. В Беломорске сходятся наша дорога и дорога Ленинград — Мурманск. Проезжаем Кемь, Воньга и мнного иных живописнейших полустаночков. Из окна вагона периодически видны морские просторы и красивейшее побережье. Впрочем  и слева глаз не оторвать от завораживающих видов каменных россыпей, скал и возвышенностей. И леса, леса в яркой осенней раскраске. Столбы идущей вдоль дороги телефонно-телеграфной трассы не вкопаны в землю, а обволованы курганами крупных валунов. Сходи на любом полустанке и отдыхай душой. Эх, жизнь казенная. Пожить бы с полгодика бродягой-путешественником, обосновался бы на Кольском полуострове, точно. На станции «Полярные Зори», бывшая «Зашеек» нас встречает Михаил Степанович Дорохов. В «Сороковке» это был молодой специалист, только закончивший техникум и в группе однокурсников направленный на почётнейшую работу по изготовлению первой советской атомной бомбы. Работа шла в сумашедшем темпе, днём и ночью при сознательном пренебрежении техникой безопасности. Были индивидуальные дозиметры, заведены журналы контроля, но, по словам Михаила Степановича все дружно забросили свои дозиметры в шкафы и столы. В его группе было 22 сотрудника, мужчин и женщин. По усиленному режиму секретности их поселили рядом с объектом.

Когда начали изготовление второго изделия народ начал потихоньку вымирать. Всю группу сняли с «пробега» и начали лечить. Из 22х в живых остались одна женщина и Михаил Степанович. Только спиномозговой жидкости ему прокачали около 150 литров. Провалялся он в Москве на ул. Говорова 6 (эта клиника принимала чернобыльцев) около двух лет. Туда же ездит каждый год на профилактику. «Санитарию» в обстановки ядерной гонки, пренебрежение своим здоровьем иллюстрирует рассказ отца об обычном рутинном производственном эпизоде. В одном из корпусов очень «грязной» стадии очистки потек какой-то сальник насоса. Корпус герметичен с очень толстыми стенами, дабы «грязь» не вылетала наружу. Зима, холодрыга. У небольшого пролома в стене «танцует» врач в белом халате поверх ватника с секундомером в руках и легко одетый молодой парень в накинутом на плечи пальто. Из пролома вылазит такой же парень и, не останавливаясь, бежит к соседнему бараку, крича на ходу: «есть две гайки, открутил!» Стоявший с врачом скидывает пальто и лезет в пролом. Через 15 секунд он также выскочит, побежит в душ, получит шоколадку и рабочий день его на этом закончится. Никаких скафандров, противогазов и прочих респираторов со сменной обувью.

Брат Михаила  Степановича проработал почти до пенсии на манипуляторах. Естественно, с радиоактивными веществами. Рассказывал, что в чем приехал на работу, отработал смену, в том же и ехал домой. Вот так работали в первые годы в «Сороковке».  Показал нам Михаил Степанович свой членский билет спортобщества «Химик». С фотографии смотрит парень с громадной чёрной шевелюрой. Как у Георгия Димитрова или тоже марксиста, Зиновьева. А держит его человек с абсолютно лысым черепом. Дали ему орден Ленина и 2ю группу инвалидности. А с нею ни на какую работу не берут. Долго он бедовал, но как-то сумел изменить вторую на третью и наконец-то устроился работать на Кольской АЭС. Хорошая зарплата, прекрасные охотничьи и рыболовные угодья. Только здоровья маловато. Сохранился только голос и дикция не хуже левитановской.

Папа с Михаилом Степановичем.

А пригласил он нас по поводу спуска на воду своего катера «Амур-М». Первого катера этого типа на весь полуостров. Ему его привезли из Ленинграда.

Возвращаясь ко встрече на вокзале хочу рассказать о его собаке Айне. Садимся в жигулёнок на заднее седенье. На переднем в позе пассажира, опершись лапами на торпеду сидит громадная овчарка. На нас ноль внимания. Это оказывается не овчарка а какая-то лайка. Михаил Степанович закончил курсы кинологов и эта лайка будет ему помогать брать медведя. Поехали в городок атомщиков. Стоило мне один только раз схватиться за спинку сиденья водителя как сразу получил оскал молодых зубов и рык. Степаныч остановился около какого-то магазина и мы остались втроём в машине. Мы и лайка.

Сидим, строим планы. Стоило чуть-чуть повысить голос как к нам оборачивается громадная пасть и говорит не громко «РРРРРРР». Ну, мы и затихли до прихода хозяина. Так, не проронив ни слова и сидели.

На следующий день пошли в гараж. Это дворец а не гараж. Просторнейший зал в одной стороне которого стоит на стапеле красавец катер, а у другой стенки можно поставить три Жигуля. Стены окрашены салатной краской и чуть не через каждые два метра боковые светильники. Электричество в городке бесплатное. По периметру трубы системы отопления. Это стандартный гараж-эллинг работников АЭС. С помощью автокрана и трейлера доставили и спустили на воду катер и, не мешкая, начали его обкатку. В «Амуре» установлен конвертированный москвичёвский двигатель и просторная крытая брезентом каюта с удобными мягкими сиденьями. У нас всё необходимое для короткого путешествия было готово. Стемнело, появились звёзды на черном небе и красивое северное сияние. Такого в плесецких краях не увидешь! Какой-то волшебник начал быстро и мягко выводить фломастером различные загогулины на безоблачном черном небе прямо по звёздам. Да всё это ещё и отражается в чёрной воде. Потом погода стала меняться. Поверхность залива накрыло туманом. Включили носовой прожектор и окончательно потеряли берег. Всё в молоке и даже как-то звуки стали по другому звучать или так показалось. На малом газу немного помотались вслепую. Очень это неуютно. Стали на якорь и дождавшись рассвета вернулись на своё место стоянки.

Следующий день ушёл на подготовку к серьёзному путешествию и рассматриванию коллекции оружия. В коллекции кроме охотничьих ружей различных систем есть автомат ППШ и Шмайсер. Коллекция легальная. А какое у тебя нарезное оружие есть? спросил МС. На мой ответ последовало неопределённое — «подумаем».

Утром следующего дня впятером, т.е. с Айной, усаживаемся в «Казанку» знакомого егеря и часа три идём под «Ветерком-8» по заливам Имандры. Правильнее будет сказать по системе озёр. А там где они явно выглядят как заливы, то называются лахтами. Вода, вода и крутые заросшие берега — гривы, по местному. Наконец упёрлись в какую-то гриву и началась выгрузка. Очень много барахла и продуктов. Только из оружия моя двустволка и пятизарядный автомат МЦ21-12. Егерь объяснил, как найти его избушку, расположенную по ту сторону гривы. Рассказал, где у него уже две недели стоят две сети и попросил их снять и простирать. Дал для этого пачку стирального порошка и обещание вернуться за нами через неделю.

Возле лодки егеря. Залив Имандры.

Распили с ним у лодки на дорожку большую бутылку «Гамзы» и помахали ему вслед. Серьёзный и надёжный мужик.

Допёрли своё барахло до избушки. Красотища с гривы открылась пред взором! От землянки, она наполовину, одной стенкой, врезана в склон, до воды не более тридцати метров. Хорошие нары с матрацами, вся посуда, громадный котёл и даже новая надувная лодка. И обустраиваться не надо. Осмотрелись, поужинали и спать. Утром, уже свет в окне, Айна запросилась на двор. И тут же, почти от двери,  начала лаять. МС говорит мне: Возьми ружьё, там что-то есть. Выхожу и вижу, в двадцати шагах от избушки на вершине сосны сидит глухарь и рассматривает шумную собаку. Я его, не мешкая снимаю, но он не долетает до земли, застревает в ветках. Выходят отцы и поздравляют меня. А надо собаку. Нашли на крыше небольшую лестницу, и я залез на дерево и палкой стряхнул добычу.

За завтраком узнаём, что собаки этого вида лаек именно так работают по боровой дичи. Хорошая собака должна контролировать поведение охотника и без азарта, но непрерывно отвлекать птицу. Погода прекрасная и мы дружно и неспешно идём, так сказать, на ознакомительную прогулку. Грива довольно равномерно заросла невысокими соснами. Лиственных деревьев не много. Под ногами белый мох и какие-то чёрные крупные ягоды — любимое лакомство медведей. Тайгой этот лес назвать никак нельзя, уж очень он чистый, проветренный, больше похож на парк. Очень часто встречаются лемминги. Это такая довольно крупная мышка, отличающаяся удивительным бесстрашием. Я стою над норкой, из которой наполовину выскакивает и обратно пятится зубастая крошка. При этом непрерывно пищит, шипит и норовит укусить мой сапог. Защищает свой дом. Потрясающая храбрость.

Идём втроём и беседуем. У меня на плече автомат. То справа, то слева на дистанции 50-70 метров мелькает рыжая Айна. Не прошли мы и пары сотен метров впереди лай. Иду с напутствием, что если белка, то бей. Собака молодая надо натаскивать. Вижу Айну и самое интересное вижу, что она в самом деле меня контролирует. Лает редко, морда задрана градусов под 45, так что я без труда нахожу глухаря. Не спеша и маскируясь деревьями, приближаюсь на верный выстрел. Собака при этом, не меняя места продолжает чуть чаще лаять, поглядывая на меня… Глухарь на земле и собака для порядка немного трепет его за шею. Умница! Привязываем глухаря к палке и несём на плечах трофей на базу. Получается, что с такой собакой основная проблема вынести и сохранить добычу. Мой папа, старый охотник, сказал мне вечером по секрету, что такая охота ему совсем не нравится. Похожа на убийство. Но с продовольствием проблем не будет. А мы ещё не смотрели сети.

Надуваем лодку и переплываем залив. Берега и дно каменистые. Находим ориентир и тралим кошкой. Есть, зацепили, поднимаем. Но что это такое? Вдруг на поверхность воды стали всплывать радужные масляные пятна и носы почувствовали неприятный запах. Поднимаем сеть, а она забита рыбой разной свежести. Некоторые рыбины просто разламываются пополам. Громадные налимы, щуки и гольцы. Вонища. Протрясли, собрали обе сети и поплыли их стирать.

Через день выставили одну сеть и не знали потом как справиться с уловом.

Точно в назначенный час приплыл наш егерь, наконец-то пошёл обещанный прогнозом дождь и полумочёные мы добрались до дома.

Это было воистину незабываемое путешествие. Посетили замечательного человека и проехали поездом по красивейшим местам. Сходи на любом полустанке, ставь палатку и наслаждайся красотами северной природы.

Посадили мы папу на поезд, и вернулся я к своей службе. А уже и снег выпал. Получаю извещение о посылке. Иду на почту, получаю корешок бланка и читаю: «Высылаю спининг блёсны пришлю позже. Дорохов». А почтарка суёт мне узкий и длинный фанерный ящик. Забираю. Тяжёлый, килограмм на пять. Сразу допёр, тот разговор вспомнил. Даже нести по городу это неизвестное оружие страшновато. Распаковываю. Мать честная, это же самозарядная винтовка Токарева. Правда, без магазина, но во всей своей грозной красе. Под мощный патрон, унифицированный с патроном мосинской трёхлинейки. Через примерно неделю пришли «блёсны».

Делать нечего, приладил оптический прицел и повёз в карьер в районе Медвежьих Гор пристреливать. Звук выстрела в два-три раза мощнее автоматного. Казалось, весь полигон сбежиться смотреть. Но ничего из этой пушки мне не удалось добыть. Лоси как назло попадаются на охоте, когда нет с тобой нужной палки, как говорят плесецкие охотники.

На их жаргоне «палка» это нарезное оружие, винтовка.

Следующая глава >>

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *