БОЙЦЫЦЫ

Грандиозное событие — в Советской Армии начался призыв женщин на военную службу! И в нашу часть в начале 1963 года прибыли 55 совсем молоденьких и в основном таких симпатичных девчонок на должности в медпункт, в штаб и в связь. Первое время все они были на виду, смешно маршировали, разучивали строевые песни, ходили на стрельбище, а потом, после окончания курса молодого бойца, разбежались по местам своей службы. И как-то всё стало на свои места и понемногу общий интерес к этому, естественно неординарному событию, стал угасать. Он стал, этот интерес, более скрытным, индивидуальным, личным. Меня волной этого антиреса на первых порах не накрыло, зато Болтяра немедля протоптал дорожку в женское общежитие, точнее на посиделки перед ним, естественно на виду у всего чесного народа. А расположено это самое общежитие аккурат между нашим и двухэтажной гостиницей. Слава, естественно, не один хаживал к нашим бойцыцам, но стоило именно ему уютно устроиться на скамеечке в окружении девчат, как начинался маленький спектакль. Самый нахальный из шутников дурным голосом в форточку нашего общежития кричал что-то вроде: «Шерушило, к телефону!» Проигнорировать вызов к телефону немыслимо, а народу главное услышать неповторимое жалостливое: «Ну чего вы?» Да, молодость бывает жестокой, а может быть это сейчас так кажется?

В начале лета 64 года наш полковой физрук, капитан Саша Медведев, очень добросовестный товарищ, но с незаслуженной кликухой «тормоз Советского спорта», уговорил меня остаться за него на время отпуска. А тут началась полигонная спартакиада, и мне пришлось покрутиться, вывозить команду нашей части на соревнования и там лично присутствовать. А в сборной по лёгкой атлетике была связистка рядовая Харченко Елена Ивановна. Я, признаться и раньше её выделял, так сказать, по внешним, геометрическим признакам, а тут присмотрелся повнимательнее…

Выяснилось, что она ходит в смены дежурным радистом на наш командный пункт в МИКе. Характер не нордический, ершистая и гордячка, а это мне импонировало.

Часть, готовя спутники и ракеты, выполняя пуски по космической тематике, одновременно стояла на боевом дежурстве. К этому времени рядом с МИКом построили хранилище для четырёх боевых ракет 8К74. Все четыре собраны в пакет и уложены на железнодорожные ложементы. Внешне это хранилище похоже на МИК. Перевози по очереди в МИК, проводи автономные и комплексные и вывози на старт. Нападай на Штаты[1]. А на третьем этаже МИКа оборудовали два помещения для командного пункта и рядом, за стеной с окошечком, комнату радистов. В смене радистов сидело по 3 оператора. И сидят они, бедолаги, не снимая наушников с головы по 4 часа и непрерывно слушают морзяночный эфир. Их задача выловить в помехах сигналы в системе управления «Монолит»- системе управления стратегическими ядерными силами и немедленно передать их на дешифровку дежурному Командного Пункта.

Радисты и телефонисты.

А на этот КП я ходил не реже одного раза в месяц помощником дежурного и хоть маленькое окошко к радистам, а всё что надо можно рассмотреть и даже в нарушение инструкции перекинуться парой фраз. Понемногу, постепенно, стал все больше внимания уделять этой персоне, но хвост не распускал, присматривался. Начал с приглашения на  вечернюю прогулку, скорее на ночную, после полуночной смены радистов. Сперва решил пешим порядком, а потом передумал и заявился на свидание во всей красе, с велосипедом, демонстрируя солидность и всю серьезность намерений. Хотя признаться, намерения в начале ухаживаний были в известной степени однозначные…  Дождался у развилки главной дороги идущей с МИКа, посадил девушку на раму моего  одноместного транспорта и покатили мы в ночь, да сразу с крутого спуска, что украшен был громадным плакатом с изображением упитанного Никитки Хруща, вещающего бессмертные ленинские слова «Верной дорогой идете, товарищи!»  Немного просчитался со скоростью по ночному шоссе, начал резко притормаживать, завилял, заюзил.   А  девка, молодец, сидит, доверилась кавалеру. Короче, завалились оба на обочине. Посмеялись, не ободрались. Вроде последующие наши свидания более никогда не обходились  без применения велика и проходили исключительно в темное время, вечером или ночью. Соблюдали полную конспирацию.  Вот так и начинался наш роман с Еленой Ивановной.



[1] Напомню, что 8К74 – это две первые ступени современной космической системы «Союз», выводящей по сей день в космос  космонавтов и «Прогрессы». Внешне это укороченная на четверть известная ракета.

Следующая глава >>

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *